Реальный Григорий Мелехов был расстрелян в июне 1927 года

Великий роман-эпопея «Тихий Дон» заканчивается тем, что главный герой Григорий Мелехов топит свое оружие в реке и идет домой… Как сложилась дальнейшая судьба Григория, Шолохов оставляет на фантазию читателей. Решайте сами, домысливайте сами. И домысливали. Один писатель средней руки даже написал одноименную повесть-продолжение. Там Григорий Мелехов, отсидев энный срок в тюрьме и зоне, осел на севере, затем вернулся в родимый хутор, во время войны вместе с Прохором Зыковым партизанил, был казнен оккупантами.

Но давайте не будем ничего сочинять и высасывать из пальца. Обратимся к судьбе реального прототипа Григория Мелехова. Ведь у каждого литературного героя есть свой прообраз из настоящей жизни. Был такой и у Мелехова. И звали его Харлампий Васильевич Ермаков, казак Вешенской станицы. То, что он является прототипом Григория Мелехова общепризнано – и сторонниками и критиками Михаила Шолохова. Ведь отрицать поразительную схожесть их биографий может только идиот.

Сам Михаил Шолохов на вопрос о прообразе Григория Мелехова и на сходстве с Харлампием Ермаковым отвечал уклончиво: «И да и нет…Скорее всего это образ собирательный». Но все жители Вешенской станицы отмечали их поразительное сходство. А белогвардейский офицер Евгений Ковалев, человек начитанный и образованный, служивший в 1919 году вместе с Ермаковым, а после войны ставший литературным критиком, был так поражен внешним сходством, храбростью, и похожими судьбами жизни обоих, что еще в 1933 году написал статью «Харлампий Ермаков – герой «Тихого Дона».

Сходство Ермакова и Мелехова действительно поражает. Все одинаково — и внешность и биография. Есть, конечно, отличия – но ведь «Тихий Дон» не документальное повествование, а художественное произведение, у автора есть право на вымысел. Но, то, что автор писал Григория Мелехова с Харлампия Ермакова это неоспоримый факт. У обоих были «синие выпуклые белки глаз» и «изогнутая левая бровь. В книге, когда Гришку Мелехова призывают на службу, определяют его вес — 5 пудов 6,5 фунтов (83 кг). Сохранились данные физических параметров новобранца Харлампия Ермакова – те же 5 пудов 6,5 фунтов. По воспоминаниям жителей станицы Вешенской именно дед Ермакова привез с войны жену-турчанку и «с той поры пошла турецкая кровь скрещиваться с казачьей. Отсюда и повелись в хуторе горбоносые, диковато-красивые казаки..» Правда, родился молодой казак Харлампий не в вымышленном хуторе Татарском, а на хуторе Антипове. В двухлетнем возрасте был отдан на воспитание близким родственникам Солдатовым на хутор Базки, той же Вешенской станицы. Причина прозаическая: отец Харлампия потерял кисть руки, и ему трудно было обеспечивать большую семью. А дальше реальная биография Ермакова полностью сплетается с литературной судьбой Григория Мелехова.

Казак Павел Дроздов прототип Петра Мелехова. Погиб в 1919 году

В 19 лет его, не по любви, женили на казачке Прасковье, от которой у него родилось двое детей – дочь Пелагея и сын Иосиф. В конце 1913 был призван службу в 12-й Донской казачий полк (так же как и Григорий Мелехов) участвовал в германской войне. Также за храбрость награжден полным бантом георгиевских крестов и четырьмя медалями, дважды был ранен. Та же история со спасенным командиром драгунского полка Густавом Грозбергом.

Дальше — больше. Примыкает к красным, в отряде Подтелкова командует сотней, после ранения, возмущенный расстрелом пленных офицеров, возвращается в родной хутор. С началом Верхне-Донского восстания примыкает уже к белым, командует отрядом, участвует в пленении отряда Подтелкова. Именно Ермакову приказывают привести смертный приговор исполнение, но он отказывается – не дело настоящего казака казнить пленных.

Военно-полевой суд приговаривает и его к расстрелу, но казаки его сотни горячо поддерживают командира, угрожая устроить бунт и перебить весь трибунал. Дело спустили на тормозах.

С восстановлением атаманского правления Ермакова избирают атаманом Вешенской станицы. Но кто-то вспоминает его службу в красных и на последующем станичном сборе его переизбирают.

Казак Федор Чукарин с женой — прототип Мишки Кошевого. Умер в 1932 году

Летом 1918 командуя взводом воюет в армии атамана Краснова на Болашовском и Царицынском направлении. В декабре уставшие от войны, распропагандированные, казаки бросают фронт и возвращаются по домам. Но красные начинают на Дону политику расказачивания, сопровождающуюся террором и расстрелами. В результате снова вспыхивает антибольшевистское восстание, в котором Харлампий Ермаков играет одну из ключевых ролей – во главе повстанцев уничтожает карательный отряд Лихачева, командует 1-й Верхне-Донской дивизией.

В романе «Тихий Дон» он выведен под своим именем в качестве второстепенного героя. Немудрено, Шолохов, почти документально описывая Вешенское восстание, не мог обойти реального Ермакова – главного командира, на котором держалась оборона всех станиц.

После соединения с войсками Деникина, повстанческие части расформируются. Ермаков дольше других остается на прежней должности командира дивизии. Позже он командует сотней, а после очередного ранения назначается помощником командира полка по хозяйственной части. Именно тогда умирает его жена Прасковья (точнее накладывает на себя руки из-за постоянных измен мужа) и Ермаков сходится с соседкой-вдовой Анной Топилиной, которую любил с юности.

В феврале 1920 года Донская армия под натиском Красной Армии отступает на Кубань. В Новороссийске Харлампий Ермаков решив, что эмиграция не для него, сдается. Красноармейцы наслышаны про отважного и справедливого казака, уважают, знают, что он солдат, а не палач. После личной беседы с С.М. Буденным, Ермаков назначается командиром 3-го кавполка сформированного из перешедших на сторону красных, белоказаков. Сменив на папахе кокарду на звезду, Ермаков лихо рубит белополяков, воюет в Крыму против Врангеля, в Таврии против батьки Махно. За храбрость, награжден шашкой и часами. Но, в конце 1922 года, в связи с сокращением Красной Армии, «как бывший белый», уволен в бессрочный отпуск.

Дальше, правда, реальность и литература расходятся. По книге Григорий Мелехов, опасаясь ареста, бежит из хутора и примыкает к банде Фомина. В реальности Ермаков через месяц после возвращения был арестован ГПУ и обвинен как один из главных организаторов Вешенского восстания. Следствие длилось почти полтора года, но доказать его виновность не смогло – большинство свидетелей в один голос утверждали что он был насильственно мобилизован в повстанческую армию. Мало того станичники написали коллективное письмо, в котором вспомнили, как он спасал пленных красноармейцев от расстрела. Благодаря народному заступничеству 19 июля 1924 года Ермакова освободили на поруки жителей Базковского хутора. Как раз вовремя подоспело и постановление советского правительство о реабилитации белого казачества.

То есть, бесспорно, ясно, что жизнь литературного Григория Мелехова, полностью, списана с биографии Харлампия Ермакова. И логически понятно, что истинный автор «Тихого Дона», кем бы, он не был, был лично знаком с Ермаковым. Долго, не день и не два, а минимум месяцы, общался с ним, знал всю его подноготную, вплоть до мельчайших деталей – рост, вес, шрамы на теле и прочее. Но этот неоспоримый вывод сильно бьет по позициям критиков Михаила Шолохова, утверждающих, что это не он написал «Тихий Дон». Слямзил мол у какого-то гениуса-писателя. В качестве гениуса чаще всего предлагается казачий писатель среднего пошиба Федор Крюков, иногда журналист Вениамин Краснушкин, а то и «вощщее» Мариэта Шагинян и Николай Гумилев.

Но с кем, же из писателей общался Харлампий Ермаков. Старую калошу Мариэту Шагинян и эстета Николая Гумилева я с негодованием отметаю – бред ополоумевших писак. Федора Крюкова и Вениамина Краснушкина которого критики Шолохова просовывают настоящими авторами «Тихого Дона» тоже можно смело отмести. Ну не встречались они с Ермаковым-Мелеховым, никаких свидетельств этому нет. Да и сам, что скрывать бахвал, Ермаков об этом не упоминал, хотя если был бы знаком, то обязательно похвастался. Все-таки писатели, «интилехенты». Тем более что оба погибли в 1920 году – один помер от тифа, другого расстреляли чекисты. И смешно думать, что во время Гражданской войны и восстания у командира дивизии было время на долгие и задушевные беседы с заезжими писателями.

А вот Михаил Шолохов, тогда еще не писатель, был хорошо знаком с Харлампием Ермаковым. Причем с детства, его отец, еще до войны, был в приятельских отношениях с семьей Солдатовых. Знакомство возобновилось в 1924 году, когда Харлампий Ермаков, после отсидки, работал в лавке потребкооперации Каргинской станицы, где жили и Шолоховы. По свидетельству станичников юный Мишка Шолохов день-деньской просиживал в этой лавке. Ермаков его не гнал, каждому интересно рассказывать свою жизнь, да и бесплатный помощник в магазинных разгрузочно-погрузочных делах не помеха. Ермаков, хоть и малограмотный, но великолепный рассказчик, что-то говорил, Мишка записывал в тетрадку, переспрашивал. Более того сохранились и письменные свидетельства – есть письма которые Шолохов переехавший в Москву посылал на Дон к Ермакову, с просьбой уточнить те или иные детали его биографии и Вешенского восстания. Эти письма сохранились в расстрельном деле Ермакова.

Даже более того, когда Шолохов начинал свой роман главного героя звали не Григорий Мелехов, а Абрам Ермаков. Но потом пришлось поменять – настоящего Ермакова снова арестовали по обвинению в контрреволюционном заговоре. Некоторые считают, что причиной ареста послужили письма Шолохова и рассказы о восстании. Но это вряд ли. В то время власти достаточно спокойно относились к белогвардейскому прошлому казаков. Скорее всего, сыграла беспокойная натура Харлампия Ермакова.

Фото Х.Ермакова сделанное за месяц до расстрела

Не мог он жить затаясь, этаким спрятавшимся под корягу премудрым пескарем. В 1926 году жители хутора единогласно провалили на выборах в сельсовет ставленника властей и избрали председателем авторитетного Ермакова. Для большевиков это была обидная пощечина – бывшие офицеры пользуются в народе гораздо большей популярностью и авторитетом. Вполне возможно если бы Ермаков не «засветился» так дерзко, судьба бы его сложилась по другому.

Началось новое судебное разбирательство, по видимому на этот раз сфабрикованное. Хотя никаких доказательств того что Ермаков участвовал в расстрелах и издевательствах не было, нашлись свидетели которые видели как Харлампий зарубил 18 матросов, как во время боев было потоплено 500 красноармейцев. Особенно усердствовали свидетели Александров и Калинкин, утверждавшие, что он и в настоящее время ведет антисоветскую пропаганду. Односельчане пытались заступиться за земляка, писали коллективные письма, обращались к Калинину и Буденному, но все напрасно.

6 июня 1927 года судебная коллегия ОГПУ, рассмотрев дело во внесудебном порядке по статьям 58/11 и 58/18 УК, постановила: Ермакова Харлампия Васильевича «расстрелять». Сидевший с Ермаковым казак Алферов предлагал Ермакову убить конвойного и сбежать, но тот не соглашался. Он ждал ответа на ходатайство, которое вроде бы Шолохов послал Буденному с просьбой освободить их обоих. Но 17 июня приговор был приведён в исполнение.

Сдавая текст «Тихого Дона» в типографию, Шолохов не мог не знать, что точка в непростой жизни донского казака уже поставлена. И когда в начале 1928 года в журнале «Октябрь» началась публикация первых двух книг знаменитого романа, этот приговор уже полгода как был приведен в исполнение. Естественно писатель не мог озвучить то, что его главный герой был расстрелян как контра. Закончил свою эпопею многоточием. Хотя если бы роман был написан и издан немного раньше, гэпушники узнав в Мелехове Харлампия Ермакова возможно пощадили бы его. Кто знает?

Иосиф Ермаков он же Мишатка

Судьба других героев романа сложилась по разному. Сын Ермакова, Иосиф (он же Мишатка) прошел Великую войну. Пристрастие к спиртному и бесшабашный отцовский характер выписывал в его судьбе резкие зигзаги – два раза он был разжалован и попадал в штрафную роту, несколько раз был ранен, носил немецкую пулю под сердцем.

После войны работал грузчиком, коневодом. Шолохов частенько с ним встречался, вытаскивал из милиции, устраивал на работу. Погиб Иосиф в аварии, упав из кузова грузовика.

Пелагея Ермакова (Полюшка)

Дочь Пелагея (она же Полюшка) не умерла, как написано в романе. Прожила долгую жизнь, вместе со сводной сестрой Елизаветой Топилиной работала учительницей в Базковской средней школе. Ушла из жизни в 1997 году.

Можно добавить к этому, что сын свидетеля Калинкина так усердно «топившего» Ермакова на судилище сошел с ума, и начал повсеместно утверждать, что именно его папаша настоящий автор романа «Тихий Дон».

Прототипу Григория Мелехова, Харлампию Ермакову на момент его смерти было 33 года. Возраст Иисуса Христа. Он тоже взошел на Голгофу. И труден был путь его.

Посетители — 99.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *