Придворный поэт Демьян Бедный – мужик вредный. Падение

В прошлой статье мы писали, как поэт Демьян Бедный он же Ефим Придворов взлетел на вершину поэтического Олимпа Советской России. Как стал самым популярным, издаваемым и высокооплачиваемым литератором 20-х годов. Но с высот легко падать. Говоря языком самого Демьяна Бедного он чересчур зарвался, охамел и оборзел. Зажирел мозгами на спецпайках и потерял политический нюх. В результате пал и с поэтического Олимпа и с кремлевских высот.

Ополчился на русский народ, на его историю и православную религию. Талантливо, остроумно, но уж очень оскорбительно. Сегодняшние карикатуры из французского журнала, вызвавшие бурю возмущения у мусульман, просто детские шуточки по сравнению с опусами Демьяна Бедного. Мол русские веками лежали на печи, даже по большему делу бегали не в отхожее место, а в огород. А просвещенные европейцы и американцы — оооо!!! Мол Минин и Пожарский спасли Рассею. А стоило ее спасать!? В 1930-м три его стихотворных фельетона — «Слезай с печки», «Перерва» и «Без пощады» вызвали восторг у левацких деятелей РАППА во главе с Леопольдом Авербахом, но бурю возмущения у патриотов. Было за что. Приведу лишь небольшой отрывок:

Рассейская старая горе-культура —
Дура,
Федура.
Страна неоглядно-великая,
Разоренная, рабски-ленивая, дикая,
В хвосте у культурных Америк, Европ,
Гроб!
Рабский труд — и грабительское дармоедство,
Лень была для народа защитное средство…

Возмущенный русский дворянин Скрябин, он же Вячеслав Молотов, высказал свое негодование Сталину. А Сталин, придя к власти, как нормальный правитель стремился к централизации. Он себя позиционировал русским человеком. И главную свою опору видел, как раз в русском народе. Началось возвеличивание его истории, его роли в мировом сообществе, ослаблены гонения на православие, что особенно  проявилось во время войны. Левацкие перегибы рапповцев и Демьяна Бедного были не нужны и даже вредны.

К политическим мотивам примешивались и личные обиды. За время своего барского величия, коммунист и революционер Бедный собрал большую библиотеку в 30 тысяч томов, самую лучшую частную библиотеку в стране. Сталин по соседски брал у него почитать книги. Бедный с неохотой давал, но потом жаловался, что Сталин переворачивая страницы мусолит пальцы и потом возвращает книги с жирными пятнами. Эта сплетня нашла свое отображение в стихотворении Осипа   Мандельштама  «Мы живем, под собою не чуя страны»: «Его толстые пальцы, как черви, жирны…».

И ответ вскоре последовал. В декабре 1930-го ЦК ВКП(б) принял постановление, осуждающее демьяновы фельетоны за «огульное охаивание России и русского». Поначалу резолюцию связывали с именем Вячеслава Молотова, и Бедный решился принять бой: отправил полемическое письмо Иосифу Сталину. Но очень быстро получил отрезвляющий ответ. Письмо Сталина длинное, полностью не буду цитировать, лишь несколько выдержек: Когда ЦК оказался вынужденным подвергнуть критике Ваши ошибки, Вы вдруг зафыркали и стали кричать о «петле». На каком основании? Может быть, ЦК не имеет права критиковать Ваши ошибки? Может быть, решение ЦК не обязательно для Вас? Может быть, Ваши стихотворения выше всякой критики? Не находите ли, что Вы заразились некоторой неприятной болезнью, называемой «зазнайством»? Побольше скромности, т. Демьян… Вы стали возглашать на весь мир, что Россия в прошлом представляла сосуд мерзости и запустения, что нынешняя Россия представляет сплошную «Перерву», что «лень» и стремление «сидеть на печке» является чуть ли не национальной чертой русских вообще, а значит и — русских рабочих, которые, проделав Октябрьскую революцию, конечно, не перестали быть русскими... это не большевистская критика, а клевета на наш народ, развенчание СССР, развенчание пролетариата СССР, развенчание русского пролетариата».

После такой резкой отповеди, ультрареволюционный пыл Демьяна поутих. Тем более что вскоре его выселили из Кремля, сократили размер гонораров. Но сильно не тронули. У Сталина «не было других писателей». Тем более такого пса-холуя. Скажешь «фас» — облает кого угодно.

Отлученный, хоть и частично, от кремлевской кормушки бедный Демьян забеспокоился. Стал каяться, вообще ополчился на Троцкого, взахлеб и  суетливо пишет очередные осанны вождю, чуть ли не обожествляя его — придумал образ двуединого, по индийскому образцу, божества «Ленин-Сталин. Но, по-видимому, с возрастом стал впадать в маразм, так и не понял чего от него хотят. Старый скандал уже почти забылся, как бес подтолкнул поэта придумать фарс о Крещении Руси, да еще и окарикатурить былинных богатырей… Комическую оперу «Богатыри» по либретто Бедного поставил в московском Камерном театре Александр Таиров. Левые критики были в восторге. И многие из них сгинули в дни ближайших чисток…

Молотов же ушел со спектакля в возмущении. В итоге постановление ЦК о запрете пьесы «Богатыри» Демьяна Бедного от 14 ноября 1936 года положило начало масштабной кампании по восстановлению старых устоев культуры и «освоению классического наследия». Там, в частности, отмечалось, что Крещение Руси было прогрессивным явлением и что советский патриотизм несовместим с издевками над родной историей. За «Богатырей» через год-другой Демьяна — члена партии с 1912-го — исключили из ВКП(б) и Союза писателей СССР. Еще новый скандал и большое недовольство Сталина вызвала найденная НКВД тетрадка с записями оскорбительных характеристик, которые Демьян давал видным деятелям партии и правительства. Опять проявилась холуйская сущность – с трибуны дифирамбы, на кухне грязь и сплетни.

Другого стерли бы в лагерную пыль. Но Бедного Демьяна не тронули, несмотря на все доносы Ежова. Исключили из партии, перестали печатать, ему пришлось продавать нажитые книги  и раритеты. Но, тем не менее, не арестовали, все  объекты, носившие его имя, переименованы не были, он даже умудрился во второй раз женится. Очередную, якобы антифашистскую, поэму Демьяна «Борись иль умирай»  Сталин  расценил как «литературный хлам», как басню, содержащий «глупую и прозрачную» критику не фашистского, а советского строя. В  «Правде» появилась разгромная статья  под названием «Фальсификация народного прошлого». В ней бедолаге  Бедному ставились в вину искажение российской истории и «оплёвывание народного прошлого». Демьян попытался опубликовать антифашистскую поэму под названием «Ад», но Сталин наложил на рукопись раздражённую резолюцию: «Передайте этому новоявленному „Данте“, что он может перестать писать».

Во время Великой Отечественной войны Бедного Демьяна снова стали печатать под новым псевдонимом «Боевой»: спрос на боевые строки снова был высок. Но народ стал более грамотным и образованным. Стишки Демьяна уже не котировались, появились новые популярные и любимые поэты: Твардовский, Симонов, Сурков. На слуху уже были песни Исаковского, Фатьянова, да даже Маршака и Лебедева-Кумача. Перевоспитанный  критикой, теперь Придворов-Бедный-Боевой воспевал преемственность героической истории страны с победой на Куликовом поле и восклицал: «Помянем, братья, старину!». Теперь он уже  прославлял Русь и русских:

Где слово русских прозвучало,
Воспрянул друг, и враг поник!

Вместе с другими поэтами он еще успел пропеть славу Победе. И умер через две недели, 25 мая 1945 года. По не вполне достоверной легенде, в роковой день его не пустили в президиум некоего торжественного заседания. Злой гений Бедного — Вячеслав Молотов — будто бы прервал движение поэта к креслу вопросом-окриком: «Куда?!».

На следующий день все газеты СССР сообщили о смерти «талантливого русского поэта-баснописца Демьяна Бедного, боевое слово которого с честью служило делу социалистической революции». Книги Демьяна снова стали печатать в лучших издательствах, в том числе в престижной серии «Библиотека поэта». Но в партии его восстановили только в 1956 году по требованию Хрущева как «жертву культа личности». Выяснилось, что Бедный был любимым поэтом нового первого секретаря ЦК КПСС.

Демьян Бедный-Придворов-Боевой был жадным, вредным  поэтом и человеком. Льстивым эгоистом и лизоблюдом. Но, несомненно, талантливым и смелым. Что поделать: и так бывает.

 

 

Посетители — 576.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *