Первомайский корпоратив в Советском Союзе

 

Оказывается праздник 1-го Мая, имеет давнюю историю, он пришел к нам чуть ли не из доисторических времен. Аж три тысячи лет назад жители Древней Италии поклонялись богине Майе — покровительнице земли и плодородия. В честь нее последний месяц весны назвали маем, а в его первый день устраивались гулянья и торжества. Понять древних людей можно, наконец, пришла весна, можно повалятся на первой зеленой травке, полюбоваться на распускающиеся деревья, послушать пение птиц. На душе весна, думается только о любви, у молодежи начинается душевное томление, гормоны играют. Чем не праздник?

Естественно, всякие гульбища, нетрезвые пиршества, перерастающие в безобразия. И, конечно же, разойдясь от вина и браги, люди начинали обсуждать и ругать начальство и своих хозяев — самая любимая тема. Церкви и правителям такие праздники не нравились, и они пыталась их облагородить и свести к простым гуляниям и к праздничному весеннему отдыху на природе. Но не всегда это удавалось. До сих пор некоторые особо упертые считают майские праздники «бесовскими», «сатанинскими».

А  4 мая 1886 года в американском городе Чикаго во время демонстрации рабочих, требующих 8-часового рабочего дня, радикальные анархисты кинули бомбу в полицейских, убив шесть блюстителей порядка. В ответ полиция открыла огонь по демонстрантам, что повлекло за собой массовые жертвы. Через три года Парижский конгресс 2-го Интернационала назвал 1 мая Днем солидарности рабочих всего мира и предложил ежегодно отмечать его демонстрациями с социальными требованиями.

Запрещенный праздник, в пику властям стал быстро популярным и любимым. Если в 1890 году в Российской империи на демонстрацию вышли только рабочие заводов Варшавы, то уже через несколько лет маевки проводились почти везде, во всех уголках империи. В качестве примера возьму свой родной город Алма-Ату. Уверен что и в других городах и весях 1-е Мая проводилось почти также, естественно со своими местными особенностями.

До революции маевки проходили и  в городе Верном (Алма-Ате). Правда, крупного заводского пролетариата здесь в помине не было. Были наемные работники с небольших предприятий, в основном, пищевой промышленности, батраки, артели строителей и прочий трудовой люд. Вот они и собирались на маевки. По сути своей это были сегодняшние модные корпоративные пикники. Работники какого-либо предприятия собирались вместе, часто даже семьями, уходили на природу, пили горячительные напитки, закусывали, пели песни, причем не обязательно революционные, естественно обсуждали и ругали прижимистых работодателей. В общем, как и сегодня. Популярными местами маевок была Веригина гора (Кок-Тюбе) и городской казенный сад (парк культуры и отдыха). Местная полиция не гоняла отдыхающих, вмешивалась лишь, когда подгулявшие выпивохи начинали буянить и хулиганить.

А первая демонстрация в нашем городе прошла 1-го мая 1917 года. Несколько сотен человек продефилировали по улицам городка, немного помитинговали, а потом опять же разбились на маленькие компании и пошли отдыхать на природу.

По настоящему массовым праздником 1 мая стал в СССР. И это действительно был праздник для советских трудящихся, получивших дополнительно два выходных дня, а усилиями большевиков майские гуляния были превращены в некое подобие латиноамериканских карнавалов с идеологически выдержанными транспарантами и лозунгами.

Участие в первомайской демонстрации являлось обязательным: в учреждениях и на предприятиях составлялись списки, в которых нужно было расписаться. Отсутствие без уважительных причин рассматривалось как политическая оппозиция Советской власти. В сталинские времена можно было за такой проступок попасть во «враги народа».

Позже отношение изменилось, в тюрьму никого не сажали, и тем, кто не ходил на демонстрацию, грозило лишь долгое и нудное  разбирательство на комсомольском, профсоюзном или партийном собрании, что тоже не прельщало.

Но в большинстве все ходили на демонстрации с удовольствием. Люди среднего возраста частенько пытались отмазаться, но не по политическим мотивам, а по дачным. Рвались пораньше уехать на свои участки, использовать весенние денечки.

Вначале первые демонстрации проходили по площади Ленина (площадь Астана), затем с постройкой нового дома правительства переместились на Новую площадь (площадь Республики). Все графики автобусных и троллейбусных маршрутов в праздничный день были изменены. Ранним утром люди добирались до условленного места, где собиралась колонна родного коллектива. Обычно это было несколько кварталов от площади. На Шевченко, Курмангазы–Фурманова; Сейфулина–Сатпаева; Тимирязева–Космонавтов и в других местах. Колоны медленно, с частыми и большими остановками, двигались по направлению к площади.

Скучно никому не было. Царила атмосфера праздника и весны. Красные транспаранты и знамена, плакаты с портретами вождей, море воздушных шариков. Каждая колонна  тащила перед собой адрес, по нынешнему — огромный баннер-плакат с названием предприятия. Некоторые тащили его на ручных платформах, некоторые везли на машинах. Многие руководители учреждений даже соревновались между собой, у кого лучше и оригинальней адрес.

Вдоль улиц стояли лотки, где вовсю торговали пирожками, лимонадом, мороженым. До середины 70-х продавали и спиртное. Позже продажу алкогольных напитков в праздничный день ограничили до 11 часов. Поэтому народ на демонстрацию скидывался заранее, 30-31 апреля. Пили прямо в колоннах, с песнями и шутками. Все нарядные и красивые. Молодежь вовсю флиртовала и знакомилась. В некоторых колонах были даже свои духовые оркестры; там на остановках танцевали. Многие приводили с собой детей дошкольного и младшего возраста. Для них первомайская демонстрация была сплошным удовольствием: веселые дяди и тети, разноцветные шары, множество вкусных вещей, включая эскимо.

Старшеклассники и студенты шли своими отдельными колонами. Вообще, студентам доставалось во время демонстраций больше всего. Физкультурный институт выходил на площадь в спортивных трусиках, девушки в коротеньких юбочках, других тоже обряжали или находили другие занятия. Прикольней всего выглядели те, кого наряжали либо революционными матросами, либо красногвардейцами. У моего зятя хранится фотография, где он запечатлен в потрепанном халате, малахае, с муляжом винтовки в руках – изображал революционного казаха-повстанца.

Народу было очень много: все веселые, шумные, подвыпившие, но никаких безобразий или эксцессов на празднике я не припоминаю. Повторюсь, царила аура дружелюбия и общности. Милиции тоже было много. В оцепление выгоняли весь чиновничий аппарат МВД. Часто можно было увидеть молодого рядового или курсанта, рядом со стареньким полковником или майором. Но в тот день милиция вела себя очень лояльно и опять же дружелюбно. Пьяных особо не трогали, забирали в вытрезвитель только полностью обездвиженных и одиноких. Причем, когда человек протрезвел, его спокойно отпускали и на работу об этом не сообщали.

Наконец между 10 и 12 часами колоны входили на площадь. На трибунах стояли члены правительства республики, непременно Кунаев. Репродуктор непрерывно выкликивал разные политические лозунги, типа: «На площадь выходят колонны медицинских работников. Наша медицина лучшая медицина в мире. С 1-м Мая Вас, дорогие медработники. Ура, товарищи». И весь народ, разогретый напитками и праздничной атмосферой громко подхватывал: «УРРРРА!».

Пройдя площадь, шли по Сатпаева до Ленина (Достык), а затем разбредались. Большинство шло вниз до Абая. Корпоративка заканчивалась. Около памятника Абаю огромная толпа народа. Здесь обычно назначались встречи, после демонстрации, с друзьями или девушками. Мужики, которым требовалось «продолжение банкета», штурмом брали винно-водочные отделы «России» и магазинчика на Абая-Красина (Валиханова). За одно первомайское утро эти гастрономы перевыполняли двухмесячный план. Кафешки около кинотеатра «Арман» тоже вовсю трудились, обслуживая огромный наплыв посетителей.

Хуже было, если тебе вручили какой-либо плакат или транспарант. Его надо было отнести в определенное место, где стояла грузовая машина от предприятия. Не успеешь, будешь таскаться с портретом весь день и сам потащишь его до работы. Один мой знакомый, в молодости пострадал от лени и глупости. Учась на втором курсе в институте, на демонстрации он нес флаг одной из союзных республик. Какой сам не знает, то ли Литвы, то ли Эстонии. После демонстрации надо отнести знамя на Шевченко-Дзержинского. А здесь друзья, девчонки ждут, вино киснет, на пикник все спешат. Он, недолго думая закинул красный стяг за гаражи во дворах на Шевченко–Ленина и отправился отдыхать. Думал дурень, что никто не узнает. А нет, через несколько дней пропажа обнаружилась, каким-то образом и на него вышли. Фанатичный парторг института подняла невероятный шум – красное знамя пропало. Парень бросился к гаражам – флага нет, наверняка детишки нашли. Из института выгнали, только после армии сумел восстановиться. Это единственный из моих знакомых, который пострадал от 1-го Мая. Сейчас он очень известный в Казахстане человек, вспоминает события своей глупой молодости со смехом.

Дома тоже ждал праздничный стол и телевизор с трансляцией первомайской демонстрации из Москвы. Но по домам мало кто сидел. Все рвались на природу, на пикник, на дачу.

Хороший был праздник. Ничего плохого или сатанинского, как утверждают сегодняшние «ура-патриоты», в нем не было. Политические лозунги подавляющая масса людей не воспринимала, шумно радовались двум выходным дням, солнцу, весне, любви, цветам и ярким краскам. Хорошая, добрая, многолюдная корпоративка. И очень радостно, что она к нам снова возвращается.  «Мир, труд, май!» гораздо лучше чем «Война, безработица и февраль».

 

С праздником дорогие сограждане! УРРРА!

Посетители — 442.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *