Как снимали «неинтересную и пошлую» мелодраму «Москва слезам не верит» (часть 2))

Продолжаем статью про то как Владимир Меньшов снимал, по мнению других режиссеров и актеров, «пошлую сказку» «Москва слезам не верит».

Не так просто было найти актёра и на роль Рудика-Рудольфа-Родиона, отца Александры. Очень много актёров отказывались от неё, видимо не хотели на экране выглядеть подлецами. Первый, кому Меньшов предложил роль, был Олег Видов. Но тот даже не откликнулся на предложение. Поморщился, прочтя сценарий, Евгений Жариков. Отказался Лев Прыгунов. Пробовались актёры Игорь Чижмаков и Анатолий Лобанов. Но Меньшов выбрал малоизвестного Юрия Васильева, по его мнению, тот смотрелся выигрышней.

Александр Фатюшин сначала пробовался на роль Николая, но Меньшов отдал ее Борису Сморчкову, актеру, у которого лучше получались простые русские парни. После этого Фатюшину была предложена роль хоккеиста Гурина. Позже Фатюшин признавался, что очень полюбил своего героя, правда, жалел, что многое не вошло в окончательный вариант картины. Как, например, сцена во Дворце спорта «Лужники»: советская сборная играла матч со шведами, и Гурин стал героем этой встречи. Но больше было жаль последней вырезанной сцены:  ближе к концу фильма все собрались на даче. Три героини сидят на завалинке, поют. И тут должен был появиться Гурин: галстук набок, рубашка навыворот, с ним какой-то ханыга. Гурин начинает препираться со своей бывшей женой Людмилой из-за трояка, а ханыга кричит на нее: «Ты как с ним разговариваешь? Это Гурин, я на его матчах вырос как личность!». Но руководители тогдашнего Госкино по поводу этой сцены сказали: «Нет, завязал — значит, завязал. Игрок сборной, пусть и бывший, не может так опуститься».

Вообще Владимир Меньшов рисковал, противореча главному принципу кастингов – на главные роли он взял малоизвестных тогда артистов (Алексей Баталов исключение), а в эпизодах у него снимались звезды – Олег Табаков (любовник Катерины), Смоктуновский, Юматов, Муза Крепкогорская  (генеральша в химчистке), Владимир Басов (замначальника главка Антон), Лия Ахеджакова (директор клуба).  А звезда 30-40-х годов Зоя Фёдорова исполнила по­следнюю свою роль, вахтёршу в общежитии. Через два года она была убита, дело до сих пор не раскрыто.

Сам же режиссёр Владимир Меньшов тоже появился в кадре —  в сцене пикника, как один из друзей Гоши. Остальных друзей Гоши играли друзья Меньшова. Но в том, то и уникальность «Москва…» в том, что в ней нет эпизодических ролей. Вахтерша из общежития и замначальника главка Антон так же важны, как и главные герои. «Для меня было очень важным, чтобы именно Басов произнес фразу о том, что «в 40 лет жизнь только начинается», — пояснял впоследствии Меньшов. — А дальше уже надо было придумать, что ему играть. Ясное дело, что танцевать с молодежью он не станет. Чем отличить его от других гостей? А тем, что у него какие-то проблемы с желудком, а он, старый хрыч, все пытается кого-то «заклеить», а сам из туалета не вылезает. И сразу становится понятно, что это за человек. Роль вахтерши в сценарии вообще не была прописана. И тогда мы придумали «ввести» ее в ближний круг героинь — она и по телефону «хэллоу» произносит и Катерину из роддома встречает. Для Зои Федоровой эта работа оказалась последней».

Во время съемок фильма Вере Алентовой было 37 лет, Раисе Рязановой — 35, Ирине Муравьевой — 30. Перед актрисами стояла очень сложная задача — сыграть своих героинь 19-летними наивными провинциалками, а потом их же спустя два десятилетия. И с этим актрисы справились прекрасно. Гримеры и костюмеры тоже потрудились на славу. Алексей Баталов был на 11 лет старше своего героя. Но на экране это не ощущается.

Больше всего денег в кино тратится на различные эффекты и киноэкспедиции. А здесь их не было. Снимали в Москве, не отходя от места проживания. Снимали везде и знаменитой высотке на Котельнической (точнее в ее сестренке на Кудринской), в метро, в парках, в обычной химчистке и пивнушке. Даже сэкономили бюджет на 50 тысяч рублей.

Самое главное Меньшову удалось преодолеть негативное отношение всей съемочной группы к сценарию. Работали дружно и споро.

Готовая картина принималась худсоветом «Мосфильма». Члены совета, зная о пристрастном отношении директора Сизова к «Москве..» довольно уклончиво высказывались. Вроде бы хвалили, но так снисходительно – мол фигня, но пойдет, третий сорт не брак, затраченные деньги может быть отобьем.   А суровый и несентиментальный Сизов, обозленный осторожными похвалами, неожиданно сказал: «А я думаю, что мы с этой картиной еще столько призов и народной любви поимеем!».

По негласной традиции новый фильм перед выпуском на широкие экраны показывали высшему руководству страны. Кинокартину про Москву естественно первому руководителю столицы Гришину. Сизов отвез фильм на правительственные дачи. Вернулся довольный. Когда Меньшов спросил как отнеся к фильму Гришин, махнул рукой: «Да ладно Гришин! Брежнев в восторге!» На этом судьба фильма была окончательно решена.

Мало кто знает что когда «Москва слезам не верит» вышла на широкий экран то сразу подверглась шквалу критики. Это сегодня все эти кинодеятели и кинокритики восторгаются фильмом и пишут о фильме оды. Тогда же эти люди злобствовали и насмехались: говорили и писали, что «Москва слезам не верит» не просто дешевая мелодрама, а упадническая по духу, упрекали в лакировке действительности. Один «великий» режиссер обласканный критиками и эстетами вообще заявил:  «Да такую дешевку каждый из нас может снять одной левой». И это при том, что с его «Зеркала» и «Андрея Рублева» зрители валили толпами, крича «Верните деньги».

А больше всего злобствовал и критиковал картину, я сам в шоке, любимый и уважаемый даже не актер, а АКТЕРИЩЕ, Михаил Ульянов. Обвинял Меньшова в лакировке действительности, в кулуарах говорил, что простой человек не может сделать в нашей стране карьеру, а женщина может пробится лишь через постель. И это говорил человек, приехавший из глухого сибирского села ставший Народным артистом, Героем Соцтруда и достигший самых больших высот и всенародной любви. Очень не хотел писать об этом случае не красящем любимого артиста, но из песни слов не выкинешь.

Но вскоре все критики в унынии замолчали. Фильм с триумфом шел и по стране и по миру.  В течение первого года фильм посмотрели 85 млн. человек. «Москву…» купили сто стран мира. По миру шли триумфальные премьеры картины, на которых неизменно отсутствовал один человек — режиссер Меньшов.

Он спрашивал у начальства, почему его не выпускают за границу? Чиновники лишь отводили глаза: «Ну подожди, все само как-нибудь рассосется». Объяснилось лишь несколько лет. Любая киностудия, и вообще любая творческая деятельность, это еще тот гадюшник полный интриг и черной зависти. Многие из кинодеятелей искренне недоумевали и негодовали почему такая «неинтересная  и дешевая мелодрама» как «Москва слезам не верит» пользуется любовью и популярностью не только в Союзе, но и в мире. Негодовали, возмущались, злословили а некоторые писали кляузы и доносы. Как полагалось в СССР в партийные органы. «Только спустя годы я узнал, что на меня лежало два доноса. От коллег. Моими «проступками» было то, что после снятия с должности Подгорного я высказал удивление, почему, мол, отставка второго человека в стране произошла без всяких объяснений. А второй донос был посвящен моему восхищению количеством продуктов в каком-то заграничном магазине. Этого было достаточно. А я-то думал, что Родину продал, планы секретного завода выдал». (из воспоминаний В.Меньшова).

В принципе фигня и никакой антисоветчины, но тогда полагалось реагировать на любой сигнал снизу. Вот и Меньшов стал «невыездным». Скандал разразился в 1981 году.  В США первой наградой «Москвы…» стал приз прокатчиков Америки — купленный за 50 тысяч долларов фильм за 12 месяцев собрал 2,5 миллиона. А потом картину выдвинули на премию «Оскара», как лучший иностранный фильм. Американцы на домашний адрес прислали Меньшову приглашение на церемонию «Оскара», а того вновь не выпустили.

В результате все окончилось позорищем для страны. Потому что, когда за наградой вышел атташе по культуре советского посольства, на следующий же день во всех газетах было написано, что «Оскара» получил работник КГБ вместо невыпущенного Меньшова. Сам режиссер  над известием о присуждении «Оскара» сначала по­смеялся, тем более что дело было 1 апреля — на следующее утро после церемонии: шутки шутят друзья! Но последовал звонок, уже официальный, из Госкино — и растерянный голос: «Вы «Оскара» получили…» И наконец, сообщение по ТВ в программе «Время»…

Чем же фильм взял американцев?  Они искренне считали империю зла беспросветно темным царством — а из фильма узнали, что там есть жизнь и есть красивые женщины, которые хотят строить свое счастье. Ходит метро, работает телевидение, идут фестивали, существуют понятия о чести и достоинстве. Есть любовь, есть и секс. Правда или нет, но говорят, что американский президент Рональд Рейган перед встречей с Михаилом Горбачевым в 1985 году посмотрел картину восемь раз. Взяться за советский шлягер ему посоветовали помощники, чтобы разобраться в загадочной русской душе.

Золотая статуэтка «Оскара» оказалась у Владимира Меньшова спустя много лет после награждения. Лишь в 1989 году на церемонии награждения премии «Ника» Владимиру Меньшову решили вручить и его «Оскара». Предполагалось, что за кулисами режиссер отдаст статуэтку обратно в Госкино, где она все эти годы и хранилась, но Меньшов забрал ее с собой.

Умер Владимир Меньшов. Но остались его картины и его герои в кино. Остался такой простой, но душевный и великий фильм «Москва слезам не верит».

 

Посетители — 128.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *